Ольга Цинк: «Актриса – это диагноз»

14 мая 2004
Сергей Самойленко, «Континент Сибирь»

Актриса новосибирского театра «Глобус» Ольга Цинк на последнем фестивале «Золотая маска» награждена за роль в спектакле «Двойное непостоянство» спецпризом жюри. О театре и актерской профессии ОЛЬГА ЦИНК беседует с корреспондентом «КС» СЕРГЕЕМ САМОЙЛЕНКО.

 Оля, как вы чувствовали себя, когда играли в Москве? Не было страха, неуверенности? Какие ощущения от московской сцены, публики?

 Это было потрясающе — было полное ощущение, что меня из одной почвы пересадили в другую, и мне сразу стало комфортнее, уютнее и свободнее. Мне было так хорошо в Москве! Там все другое. И в первую очередь зритель. Там другая атмосфера в театре. Ты там немного возвышаешься, ты там паришь... Давно уже не было такого чувства — парения, зачарованности. А артист на сцене, конечно, должен быть зачарован. Вот тогда ты свободен. У меня это и произошло. Я была такая счастливая. Настоящая свобода возможна, когда выходишь на сцену получить наслаждение от всего, от каждого движения. Это драйв.

 Наркотик?

 Да, наркотик. Кураж. Вот мы там и куражились. «Двойное непостоянство» — спектакль классный, хорошо сделанный, но иногда он у нас не получался. А тут все получилось. Мы никогда не играли его так, как получилось в Москве, на «Золотой маске». Приехали, настроились, Дима Черняков с нами порепетировал, а после прогона сказал: «У меня очень хорошее чувство, вы молодцы. Помните, что вы играете очень хороший спектакль, и чувствуйте себя как французская труппа, приехавшая в провинцию. Ничего не бойтесь».

 На последнем показе всю публику составляли «гранды» театра и кино. Вы знали, что будет такой зал?

 Татьяна Николаевна Людмилина, наш директор, зашла в гримерку и сказала, что в зале Марк Захаров, Александр Калягин, другие мэтры. Но больше всего ее поразило, что на спектакль пришел Ульянов — а он, как известно, вообще никуда не ходит! Нас пять раз на поклоны вызывали.

 Счастливы получить «Маску» с формулировкой «За бесшабашность»?

 Кто вам такое сказал?!

 Пресса писала, что Алла Демидова вручила «Маску» с этими словами.

 Алла Демидова сказала «За смелость!» Нет, мы, конечно, молодцы. Мы действительно ничего не боялись. Ну, почти ничего. Но главное — мы никоим образом не старались понравиться московской публике. Не было никаких провинциальных комплексов.

 Чувствуете свою популярность, известность в городе? Не узнают еще на улицах?

 Что вы, какая у нас известность! Актеры друг друга поздравляют, а так... Ну, ловишь иногда взгляды заинтересованные. Хотя я знаю, что у многих наших актеров есть свои поклонники. Получаешь цветы от каких-то совсем неизвестных людей, чувствуешь, как они на тебя смотрят.

 А драгоценности не вкладывают в букеты? Может, какой-нибудь местный олигарх в числе ваших поклонников?

 Олигархи в театр ходят редко!

 Почему редко? Вот в Москве на спектакли Гришковца ходят. С банкиром Александром Мамутом Гришковец даже дружен.

 Ну так то Москва! Там недавно очень крутые ребята арендовали малую сцену МХАТа, и Нина Чусова, сейчас одна из самых модных режиссеров, поставила с ними «Сон в летнюю ночь» Шекспира! Она с ними репетировала по-настоящему, был помреж, были костюмы, и Чусова на них кричала, как полагается, строила их. Они сыграли спектакль почти без зрителей, но записали его на видео.

 Не завидуете московским актерам, у которых гораздо больше возможностей — и в театре, и в кино?

 Есть зависть... Им так много дано: намоленная сцена, гениальные партнеры, общение с умнейшими театральными людьми и прекрасный зритель. Непонятно, почему они себя так дешево продают в сериалах? Не могу понять — это что, такая бедность? В московских актерах нет любви. Почему в Москве мало хороших спектаклей? Не только потому, что мало хороших режиссеров, но и потому, что актеры заняты собой, своим продвижением, деньгами. И никто не дорожит другим. Нет, жить я бы там не смогла, там творчеством заниматься, боюсь, невозможно. Да и все равно все лучшие режиссеры приезжают ставить к нам в «Глобус».

 Все роли, которые вы играете в последнее время, совершенно разные. Откуда вы берете своих героев — из себя?

 Все, что есть в роли, все качества, черты характера — обнаруживаешь в себе. Это такое счастье, когда осознаешь, что это в тебе есть, это вдруг реализуется. Актеры страдают, когда им дают одноплановые роли — они тогда не дышат, не могут развиваться. А мне так повезло — в последние два года режиссеры как с ума сошли. Наверное, это не может продолжаться вечно, это просто такой период.

 От чего зависит успех театра?

 Прежде всего от директора. Можете представить, сколько сил приложила Татьяна Николаевна Людмилина, чтобы заманить в «Глобус» Елену Невежину, которая сейчас ставит спектакль по Хармсу. А от того, какой режиссер приедет, и зависит, каким получится спектакль, какой актерский ансамбль сложится. Вмешиваются, конечно, случайности: год назад не приехал Андрей Могучий, а вместо него поставил «Вишневый сад» Игорь Лысов. А не ставил бы Лысов — не было бы сейчас в театре группы людей, понимающих и поддерживающих друг друга, не было бы команды. Потому что в театре поодиночке невозможно, обязательно нужно поддерживать друг друга, помогать.

 А как же театральные интриги? Какой же театр без интриг?

 Интриги есть везде, в любом коллективе. Всегда за спиной будут шептаться, всегда есть недовольные и обиженные. Потому что, бывает, без ролей остаются даже замечательные актеры. Вот, например, Людмила Трошина — это сейчас она занята, у нее сейчас такие роли, а два года назад нечего было играть. А она замечательная актриса, сумасшедшая. У нее диагноз: «актриса»!

 У вас тоже такой диагноз?

 Надеюсь. Я уже с детства знала, что буду актрисой.