В тургеневской заводи

2 февраля 2007
Ирина Тимофеева, «Ведомости»

В спектаклях на малых сценах всегда есть крупицы волшебства. Потому что плечом к плечу, глаза в глаза... Все ощущается — комок в горле, дымка духов и даже пар кипящего самовара, из которого герои вот-вот начнут пить чай. А если при этом автор произведения — знаток человеческой души Иван Тургенев, а режиссер — Александр Кузин, который устал от тенденции выпячивания режиссерского «эго», плохо получится вряд ли.

Итак, на днях на малой сцене театра «Глобус» прошла премьера спектакля «Месяц в деревне». Любопытно, что с помощью нетривиального декоративного при­ема (рассыпанного по сцене фальш-песка) и особого настроения спектакля, которое поддерживают актеры своей игрой, кажется, что место, где происходит действие, — вовсе не деревня, а тихая заводь, на волнах которой легко качаются травинки сюжетных линий. Они то ажурно сцепляются, то разделяются течением. В них нет искусственности, нарочитой симметрии, запрограммированного хода событий. Поэтому за развитием спектакля наблюдаешь, как за рыбками в аквариуме: не отрываясь от их природного «оперения» и спонтанных траекторий.

Александр Кузин утверждает, что распределение ролей получилось очень точное: «Внутренне каждый актер соответствует роли». И с этим можно согласить­ся. Среди обитателей «песчаного дна» особенно выделяются некоторые. Хищница — «щука» — Наталья Петровна, со скуки влюбившаяся в приезжего студента (знаменательный персонаж в исполнении Юлии Зыбцевой). Скользкий и самовлюбленный «угорь» Шпигельский (неотразим заслуженный артист России Александр Варавин). Простоватый «карась», который так и не понял, на какой «крючок» попалась его жена, Аркадий Сергеевич (Юрий Буслаев). Ракитин, лишний «рыб» в этой заводи (Денис Малютин)...

Лучи светотехника высвечивают блики на «воде». А герои плавно перетекают в разные состояния: то затихают со счастливой улыбкой, то в бешенстве рассыпают «песок» башмаками... Кто-то скажет: «Мило, но все это уже было». Может быть, и было — в мире, где все сказано, все написано, все сыграно. Но разве это имеет значение, когда отдыхает душа?