«Парадиз» — старший брат «Золотой маски»

25 ноября 2004
Татьяна Шипилова, «Советская Сибирь»

Ах, «Парадиз», «Парадиз», «Парадиз»!.. Он венчает прошедший театральный сезон и, если можно так сказать, окончательно откры­вает новый. Казалось бы, после осенних, зимних, весенних и летних премьер (в данном случае 2003–2004 года) все страсти улеглись, все оценки публики и критики, коллег и родственников, самих себя и второго «Я» нашли в душах творцов пусть зыбкое, но равновесие. И снова треволнения! Ну кто придумал и зачем он нужен, этот «Па­радиз»?..

Придумали «Парадиз» 17 лет назад в Новосибирском отделении Союза театральных деятелей Рос­сии. А нужен он как точка отсчета (вначале и конкурс, и сам празд­ничный вечер так и назывались — «Итоги сезона...»), как знак безусловного профессионального и общественного признания, встреча всех, причастных к теат­ру, по очень важному поводу — что может быть важнее творчества? — на церемонии вручения премий... Хотя (забавный момент!) после самого вечера в бе­зусловной полезности «Паради­за» некоторые из тех, чьи надеж­ды не оправдались, о-очень силь­но начинают сомневаться. Как и в беспристрастности жюри и про­чая, прочая... А через год-два или, уж как там Бог пошлет, по­лучив премию и став лауреатом, совершенно не заботясь о последовательности, могут говорить: «Нужен „Парадиз“, нужен...» И не стоит их ловить на слове — они правы: надежды не оправда­лись — не нужен, а оправдались — нужен! Художник вянет без признания...

Ну да, потом, в апреле, грядет общероссийская «Золотая маска», и новосибирские театры были в числе ее соискателей и лауреатов не однажды. Но, как известно, победа в «Маске» уже не столько опенка и признание, сколько улыбка Фортуны — априорно благоволящей к столице и благоволящей к провинции. И что принципиально важно: каждому выдвижению на номинанты «Мас­ки» (а это делает столичный, точ­нее, всероссийский экспертный совет) обязательно предшество­вала победа спектакля (со сторо­ны актерской, режиссерской и т. д.) на родном новосибирском «Парадизе».

На этот раз реальным номинантом на общенациональную пре­мию видится постановка в Ново­сибирском академическом театре оперы и балета режиссером Дмитрием Черняковым и дириже­ром Теодором Курентзисом оперы Верди «Аида». Хотя бы, судя уже по итогам «Парадиза». Так, луч­шим дирижером новосибирского театрального сезона на нем на­зван Курентзис, лучшей исполни­тельницей оперной партии — Ольга Бабкина (Аида), лучшим исполнителем мужской партии — великолепный Олег Видеман (Радамес), который не забыл упомя­нуть в «благодарственном» слове и Дмитрия Чернякова (много­кратного, кстати, лауреата «Мас­ки», принесшего в прошлом году эту награду «Глобусу» за спек­такль «Двойное непостоянство»). Премия «Парадиз» за лучшую режиссуру в опере нынче как-то «вдогонку», а на самом деле пото­му, что эта номинация в новоси­бирском конкурсе заявляется лишь раз в два года, была при­суждена Генриху Барановскому за постановку в прошлом сезоне оперы Шнитке «Жизнь с идио­том».

Также, будем надеяться, «с легкой руки» жюри «Парадиза» (ну и, конечно же, благодаря неоспоримым достоинствам этой новаторской и очень изящной работы!) претендентом на «Маску» станет в этом году ба­лет известного хореографа Аллы Сигаловой «Поцелуи феи» Стравинского в НГАТОиБ. Приз «Парадиза» за главную партию в нем Наталья Ер­шова (Фея) уже получила! Кстати, одно из немногочис­ленных, но принципиально важных, на мой взгляд, упу­щений нашего конкурса — отсутствие долгие годы в нем номинации «Лучший хорео­граф». И чествуя солистов балета, как-то странно ощу­щать эту нелогичную пусто­ту: почему не чествуем мы в этот праздничный вечер со­здателей спектаклей, полу­чающих потом и престиж­ные премии, и, без преуве­личения, мировое призна­ние. Вот и Максим Гришенков за блистательное испол­нение партии Пульчинеллы (в одноименном балете Стравинского) стал лауреа­том «Парадиза», а чрезвы­чайно талантливый хорео­граф Кирилл Симонов (он ставил в НГАТОиБ также «Sonata» Скарлатти) и Алла Сигалова остаются как бы немно­го в стороне... Но по порядку.

Проходил на этот раз «Пара­диз» в театре музыкальной коме­дии, и хозяев гостеприимного до­ма на сцене в роли ведущего представлял народный артист России Александр Выскрибенцев. Прекрасный ведущий! Поющий, танцующий, остроумно обыгры­вавший все неизбежные заминки в процедуре «вскрытия» заветных конвертов (правда, парад-алле сопровождавших его «девочек-эмансипе» чуть-чуть уто­мил...) Словом, Александр Тимо­феевич задал тон веселой импро­визации, и почетные гости, выхо­дя к микрофону, чтобы объявить победителей (не без труда открыв накрепко запечатанный конверт), тоже не давали угаснуть напря­жению в зале, который, казалось, шептал: «Ну, кто? Кто же?!»

Например, «золотомасочная» и народная Ольга Титкова объяснила «упрямство» нераскрывающе­гося конверта тем, что «руки у русских актрис слишком много картошки перечистили», подарив всем последующим «ораторам» «картофельный» лейтмотив выступлений... Что навело меня на мысль: наверное, небезынтересно было бы оценивать в конце вечера еще и эти маленькие спичи. Так вот, на этом необъявленном кон­курсе «внутри меня» на семнадца­том новосибирском «Парадизе» победили: Ольга Титкова — за идею; Николай Соловьев из Теат­ра Афанасьева — за оригиналь­ности, которая выражалась в не­желании «говорить о картошке», и руководитель департамента куль­туры Валерий Бродский, отшутившийся от навязшей за вечер неуклюжей словесной конструкции «вскрытие конвертов» таким образом: «Вскрытие показало...».

У заслуженной артистки Рос­сии Людмилы Трошиной от волнения «ответное лауреатское сло­во» задалось не вполне. И это бы­ло понятно: премию за лучшую женскую роль она получает вто­рой год подряд. В прошлый раз — за роль Фламинии в спектакле «Двойное непостоянство», на этот раз — за Марусечку («Моя Мару­сечка»). Она благодарила всех, «кто оценил и поддержал», и осо­бенно Марину Брусникину, кото­рая тоже была удостоена «Пара­диза» — за лучшую режиссуру. Оставив лишь в номинантах до­вольно сильную компанию кол­лег: Юрия Урнова («Dostoevsky-trip», «Красный факел»), Еле­ну Невежину («Белая овца», «Глобус»), Сергея Афанасьева («Пять вечеров», ГДТ), Алексея Крикливого («Ю», «Глобус») и Владимира Оренова («Записки нетрезвого человека», «Старый дом»). Так сложилась общая сум­ма баллов тайного голосования общественного жюри, куда входят ведущие театроведы, театраль­ные критики и журналисты. Признаюсь, и «я там была», но вы­сший балл 8 (из десяти возмож­ных) выставила за режиссуру другому спектаклю, хотя «Моя Марусечка», безусловно, хороша и глубока... Да, литературный те­атр — не мой жанр, но «товарищи меня поправили».

Итак, далее (и далее я соглас­на):

исполнителем лучшей мужской роли сезона в драматических те­атрах признан Николай Соловьев (Ильин, «Пять вечеров», ГДТ);

лучшей мужской ролью второго плана назвали роль Буланова в исполнении Андрея Черных («Лес», «Красный факел»);

премия за лучшую женскую роль второго плана была вручена лауреатом в номинации «луч­шая женская роль в музыкальной комедии» стала (как и Людмила Трошина второй раз подряд) Светлана Склемина (Ганна Гла­вари, «Веселая вдова»);

ее партнер Дмитрий Суслов — лучший исполнитель мужской ро­ли графа Данило в этом же спек­такле;

в новой для «Парадиза» номи­нации — «Лучшая роль в детском спектакле» — победителем стал Артур Симонян за роль Хасана («Али-Баба и сорок разбойни­ков», «Глобус»);

лучшей ролью в кукольном теат­ре признана роль Пака в исполне­нии Владимира Кузнецова («Сон в летнюю ночь», Театр кукол).

Ну и, наконец, приз «Надежда» за лучший дебют был вручен На­дежде Неупокоевой за роль Сар­ры («Иванов», ГДТ).

Лидером среди пишущих о те­атре была названа музыковед Ирина Яськевич — автор, извест­ный читателям нашей газеты по рецензиям на оперные и балетные спектакли. «Вскрывая» этот кон­верт, московский театральный критик Лана Гарон сказала, что само существование подобной но­минации в семнадцатилетнем «Парадизе», в сравнении с отметившей в прошлом году свое 10-летие «Золотой маской», сви­детельствует о мудрости и зрело­сти «старшего».

...Эмблема новосибирского «Па­радиза» — развернутое в полете крыло. Той самой «Чайки», кото­рой по справедливости так гор­дится русская сцена?! Может быть, и так, может, — иначе... Театр прекрасен тем, что в нем есть тайна, есть вопрос... Ответ — в наших, зрительских душах. За что мы и признательны тем, кто верой и правдой служит искусст­ву. В этот вечер мы увидели их на сцене «Парадиза», многие из них сидели в зале... «Парадиз» — это символ творческого полета и од­новременно признательности. Мы благодарны тем, кто взял нас с со­бой в полет.