Ольгу Стебунову оставили в одиночестве с Габриэлем Маркесом

13 ноября 2003

Ирина Ульянина, «Коммерсантъ»

В новосибирском театре «Глобус» 19 ноября состоится премьера, которая родилась по творческой инициативе режиссера Семена Верхградского (бывшего главного режиссера театра «Старый дом») и заслуженной артистки России Ольги Стебуновой. Она и разыграет на малой сцене моноспектакль «Сто лет одиночества» по одноименному роману Габриэля Гарсиа Маркеса, на что до этого не осмелился ни один театр России.

Пик популярности романа колумбийского писателя, опубликованного в Буэнос—Айресе в 1967 году, в России пришелся на конец 70—х годов, когда сам жанр «магического реализма» был в новинку. Тогда литературоведы сравнивали Габриэля Маркеса с Михаилом Булгаковым и Эрнестом Хемингуэем, выдвигали разнообразные версии по поводу того, что есть его произведение: история Латинской Америки, история упадка буржуазной цивилизации или история мировой литературы.
Как ни странно, попыток экранизировать либо найти сценический эквивалент роману «Сто лет одиночества» в России никто не предпринял. Со временем бестселлер стал, скорее, достоянием курса зарубежной литературы, нежели «учебником жизни», находящимся в активном обращении, — сегодня в моде другие, куда более облегченные и поверхностные тексты. Как, к примеру, продуцируемые «Кастанедой для бедных» Пауло Коэльо, совершенно не утруждающим себя облачением ходячих истин в образы и созданием ткани литературы. На Семена Верхградского роман оказал настолько неизгладимое впечатление, что он работал над инсценировкой в течение последних десяти лет. А затем долго искал исполнительницу единственной роли. Год назад он предложил сыграть Ольге Стебуновой — ведущей актрисе «Глобуса».
По словам филолога по первому образованию госпожи Стебуновой, роман тоже относится к числу любимых. Но поначалу вариант, предложенный режиссером, вызвал у нее отторжение. Прежде всего, было непонятно, от чьего лица ведется повествование: от автора, от одной из героинь или вовсе от инопланетянина. Другая проблема состояла в заучивании текста, написанного автором с такой снайперской точностью, что любое пропущенное или искаженное синонимом слово безвозвратно разрушало поэтический строй. Наконец, третьей проблемой стал выразительный ряд: не декламировать же монолог, сидя за столом на сцене?
За кулисами режиссер и актриса долго дебатировали. В результате, Ольга Стебунова по сути стала соавтором постановочного решения, во многом основанного на пластике, выразительно иллюстрирующей судьбу рода Буэндиа. Адекватный пластический рисунок нашли хореографы «Глобуса» Георгий и Наталья Ерасеки. Причем, не в рисунке танца, ни в музыкальном оформлении, в котором использованы фрагменты произведений композитора Григория Гоберника (бывшего главного режиссера «Глобуса»), нет привязки к месту действия.
Актриса утверждает, что ее действие — не монолог: «Я непрерывно веду диалог с залом, с предметной средой, с пространством, наполненным музыкой». Ради этого диалога она преодолела казавшуюся прежде полной неспособность к танцу. Одетая в лаконичное черное — балахон и брючки — актриса воплощается то в полковника Хосе Аркадио, то в его жену Урсулу, то в Пилар — персонажей с большими желаниями и страстями. Создавая калейдоскоп судеб, Ольга Стебунова одновременно расшифровывает их, как Бабилония в романе расшифровывала древние манускрипты.
Репетиции велись преимущественно по ночам — никто из постановщиков моноспектакля, включая художника Дениса Сидорова, придумавшего знаковую сценографию, не знал, где он будет прокатываться и обретет ли вообще сценическую судьбу. Но процесс увлек настолько, что стал важнее гонорара. Впервые черновой вариант спектакля был показан узкому кругу в Доме актеров в конце мая. Резонанс оказался настолько сильным, что худсовет «Глобуса» тоже выразил желание оценить моноспектакль, возникший стихийно, вне сложившейся репертуарной политики. Одним из горячих поклонников «Ста лет одиночества» оказался Александр Галибин, хотя на обсуждении он сказал, что сам иначе бы сформулировал ключевую тему. Так и было решено, что в новом сезоне моноспектакль Ольги Стебуновой войдет в репертуар камерной сцены.