Ольга Обрезанова: «Наш спектакль – повод для разговора родителей с детьми»

3 сентября

Юлия Колганова, новостная лента сайта театра «Глобус»

Друзья! 13, 14, 15 октября 2020 года на малой сцене театра «Глобус» состоится премьера спектакля «Доклад о медузах» по одноименному роману американской писательницы Али Бенджамин. В центре произведения – путь взросления двенадцатилетней девочки Сьюзи, которая в раннем возрасте сталкивается с утратой дружбы, одиночеством, а затем – с полной изоляцией от реального мира. Книга вышла в 2015 году и мгновенно стала бестселлером New York Times, а также финалистом конкурса National Book Award, одного из самых престижных литературных конкурсов США, вошла в списки лучших детских книг по версии журнала TIME, Publisher's Weekly и многих других. Книга переведена на 20 языков и издана в 30-ти странах.

Режиссер и автор инсценировки Ольга Обрезанова, работающая над спектаклем, рассказывает о причинах своего интереса к современной детско-подростковой литературе, сложностях «подростковья» и о том, почему так классно быть одержимым человеком.

– Ольга, расскажите немного о себе. Где вы учились? Как складывается ваша профессиональная судьба?

– Мой путь в профессию – гипердлинный. В театр я хотела с детства. Я поступала на актрису, слетела с последнего тура и пошла учиться в НГУ. Потом поступила на режиссуру в Новосибирский театральный институт. Начинать было тяжело. Но в итоге все получилось, разрослось. Моя воля – не принадлежать ни одному театру. Это довольно сложный путь, особенно для человека из Новосибирска, не из столицы. Как только ты оканчиваешь вуз, оказываешься нигде и по факту никем, тебя мало кто знает. Дальше приходится доказывать, что ты состоятелен как режиссер. Некоторые люди имеют потрясающую способность заводить связи. И это не я. Мне кажется, что я стала режиссером, потому что мне настолько сложно разговаривать, например, давать интервью. Мне легче делиться спектаклями. Чтобы посредством их простраивать коммуникацию с людьми.

– Спектакль как высказывание?

– Я бы не стала произносить такое высокое слово. Я скорее как ребенок, который решил поделиться книжкой, которая ему нравится. Трансляция того что ты любишь.

– Какие работы вы выпустили за последнее время?

– Был удивительный проект в Алматы, в небезызвестном театре «ARTиШОК». Главный художник театра Антон Болкунов, который работает и над «Докладом о медузах», – мой хороший друг. Спектакль называется «Зверский детектив». Автор Анна Старобинец пишет детские нуарные детективы очень по-взрослому. Собственно, спектакль тоже поставлен по-взрослому. Дети погружаются в мрачную атмосферу:  камеры наблюдения, фонари, пугалки разные. И с Антоном же мы делали спектакль в новосибирском «Первом театре» – «Тоня Глиммердал» по одной из популярных книг Марии Парр. Все это касается детско-подростковой литературы.

– Вас можно назвать специалистом по детско-подростковой литературе?

– Именно эта литература внезапно стала единственно интересной мне. Я с детства много читала. Лет в 19–20 это была философия, сложные книги. И в какой-то момент я снова вернулась к чему-то простому. Приходит знание, кажется, что книги больше не дают тебе ничего нового. Все становится очень понятным и чистым. А детские книги очень чистые. При этом я не знаю ни одного взрослого, у которого не было бы детских реакций. И детские книги дают возможность возвращаться к себе. Меня только они заставляют искренне смеяться и плакать. Я говорю про сегодняшних авторов: Мария Парр, Йенни Йегерфельд, Изабель Пандазопулос и многие-многие другие.

– Вы упоминаете прозаические тексты. Вам с ними интереснее работать, чем с драматургией? 

– Да. Инсценировки я всегда делаю сама. Началось это, как ни парадоксально, с «Коллекционера» Джона Фаулза. Любопытно, что если пьесу необходимо расширять, то прозу режиссер, как археолог, должен чистить и какой-то скелетик из нее слепить. Там есть любовь к автору. Нельзя ставить книги, которые тебе не нравятся. Как только у тебя появляется абсолютное чувство любви, ты не можешь обмануть автора. Ты всегда интуитивно понимаешь, о чем он говорил, чего хотел, какую атмосферу создавал. Понимаешь, сценично или не сценично произведение.

– Не секрет, что зритель, которого сложнее всего привлечь в театр, – это подростки. Есть ли у вас ответ на вопрос: как это сделать?  

– Необходимо отпустить паническое чувство того, что срочно нужно что-то с этим делать. Может быть очень хороший спектакль, но ребенок все равно на него не придет  именно потому, что он подросток. Потребность ходить в театр возникает сама. «Подростковье» – время, когда авторитетно тебе интересны только ровесники. В этом возрасте книги, фильмы – это то, что передается друг другу так же, как сексуальные знания. С детским театром проще: можно сделать семейный просмотр. Я упираюсь в то, что в театр должны ходить семьями, а не классами. А вот с подростками классно создавать среду. Начинать необходимо с создания среды, которая потом может переходить и в спектакль. Какие-то клубы по интересам, те же книжные клубы – прекрасная, хорошо знакомая мне практика. Это очень свободная форма, где идет честное обсуждение прочитанного или увиденного. То же самое с педагогикой. Все дело в честности. Если ты что-то требуешь от подростка, ты должен дать ему в три раза больше.

– В этом ответе чувствуется собственный опыт. Как вы пришли к театру как части вашей жизни?

– В детстве я не нуждалась в театре. Начала ходить туда по своей воле лет с 15-ти. Театр удивителен тем, что дает некий буфер для рефлексии. Если тебе стыдно погружаться в собственные эмоции, театр дает возможность сопереживать герою. Но на самом деле мы сопереживаем себе. Для ребенка и подростка это важно. Я сейчас не говорю, что театр может кого-то учить или куда-то направлять, морализаторствовать. Театр – это не терапия, не психология. Я не люблю, когда режиссеры ставят такие цели. Чем проще и добрее твои цели – тем лучше.

– Тогда какие болевые точки сопереживания в вас затрагивает «Доклад о медузах»?

– Мне очень близка главная героиня. Я люблю в людях несовершенство. Самое интересное в жизни – что-то патологичное, в чем можно копаться. Сьюзи переживает очень взрослую рефлексию. Она еще не понимает, что переходит из детства в «подростковье». И этап взросления для нее очень тяжел. Страшно, когда ребенка пожирает чувство вины, когда он чувствует себя непонятым, ненужным. При этом он настолько сильный. Сейчас вообще очень сильные и умные дети. Сильный ребенок обычно не показывает чувств, прикрывается чем-то другим.

Важно чувство тотального одиночества героини. Это очень широкая тема, которая понятна каждому. Подростки сильно одиноки. Это переживает практически каждый человек. Чувство изоляции – ключевое в книге. От него идут все остальные чувства. Однажды Сьюзи принимает решение вообще не разговаривать. Это дает нам отправную точку. «Доклад о медузах» интересен тем, что там есть тема смерти, тема развода, много других сложных тем. Возраст 12–13-ти лет – самый тяжелый, как правило. Каждый ребенок будет проживать это сам. В этом и есть смысл жизни. Со своей стороны, взрослый должен быть готов к чуткости и честному разговору. Всегда и все идет из семьи.

– Но книга не оставляет чувства безысходности. В итоге это светлая история?

– Безусловно. Эта история про то, что рано или поздно все проходит, все можно пережить. И про то, что неудачи – это нормально. Мне нравится мысль, что все в жизни начинается с неудач. Когда ребенок начинает ходить, он падает. Когда мы разводимся или не поступаем в институт – не факт, что это плохо. Любая неудача может дать нам больше, чем какие-то счастливые моменты. И автор говорит, что ее книга началась с неудачи...

– Али Бенджамин отправила в научный журнал статью о медузах. В течение года редакция так ничего и не напечатала. Тогда Али решила написать художественную книжку для детей. В результате появился бестселлер, прославивший ее на всю планету.

– Да! Эта книга про то, как классно быть одержимым человеком. Мне очень нравится героиня – педагог Миссис Туртон. Она удивительна тем, что видит каждого ребенка и не пытается поломать его природу, чему-то научить. При этом делится собственной одержимостью. Она кайфует сама и этим заражает детей. Мне кажется, это лучший способ жизни и работы.

Подростковый возраст важен именно тем, что мы вдруг начинаем чувствовать себя недостаточно безопасно в мире. Детям задают границы, которые дают комфорт. А тут мы попадаем в мир, который с течением времени становится все больше небезопасным. В этом возрасте есть «переход на серое». И в «Докладе о медузах» существует рокировка с героями и злодеями. У героини момент взросления связан с пониманием, что человек неоднороден, он может быть и плохим и хорошим в любой момент.

– Спектакль имеет возрастную маркировку 12+. Будет ли он интересен взрослой аудитории?

– Мне кажется, сейчас грань детского и взрослого театра в России начала стираться. И это прекрасно, потому что родители часто на спектаклях получают больше, чем дети. Мы не можем заставить ребенка рефлексировать и чувствовать что-то. Ему может быть интересно или не интересно, близко или не близко, но чувственный уровень у него другой. У каждого ребенка он индивидуален, несмотря на то, что есть какая-то возрастная психология. Наш спектакль – повод для разговора родителей с детьми. Для меня это важно.